Живой инструмент никогда не играет просто ноты. В руках музыканта он говорит - целыми фразами, со своими неповторимыми интонациями, с трепетом и паузами. Звук течёт, меняет характер, наливается силой и затихает...

Но когда ты создаёшь музыку на компьютере, перед тобой поначалу - лишь холодные, идеально ровные звуковые блоки. Они не умеют дышать.

И первое, что нужно сделать - подобрать им голоса. Скрипок в библиотеке могут быть десятки: одна звонкая и нетерпеливая, другая матовая, с лёгкой хрипотцой, третья - совсем юная, ещё не уверенная в себе. Я терпеливо вслушиваюсь в них, пока не найдётся та самая, чей голос передаст нужное настроение. Это долгие часы в наушниках без единого движения, когда начинает казаться, что работа встала на месте.

А дальше начинается самое кропотливое - вдохнуть в эти голоса жизнь. Шаг за шагом я выстраиваю каждую секунду музыки, неуловимо меняя громкость, окраску, глубину - всё то, что заставляет партию пульсировать. Один инструмент мягко отступает в тень, чтобы дать высказаться другому, а затем они вместе осторожно набирают мощь, подводя слушателя к кульминации. Из тысяч таких крошечных штрихов и рождается чудо - музыка начинает дышать сама.

Именно так, в долгой тишине и поисках, задышала и эта инструментальная аранжировка песни иеромонаха Романа «Раскрою я Псалтырь святую».